— Получает ли их мой клиент?

— Никогда.

— Не правда ли, довольно странно? Ведь почти все его родственники живут в Париже.

— Знаю. Но я никого из них не видел.

— Неужели даже мать ни разу не захотела встретиться с сыном?

— Нет.

— А сестра, а шурин?.. В общем, все они отвернулись от него: он стеснял их с самого своего рождения, а теперь еще и опозорил… Похоже, у них одна забота: поскорее узнать о его казни и забыть о его существовании! Ну, а жена?

— Говорят, куда-то уехала.

— Меня удивляет, что она с таким безразличием отнеслась к судьбе мужа после стольких лет терпеливого ухаживания за ним…

— Чего не бывает на свете…

— Да-да, разумеется… Теперь, господин директор, я с вашего разрешения зайду в бистро — тут, напротив, его хорошо знают все родственники и друзья ваших подопечных — и распоряжусь, чтобы сюда доставляли кое-какую снедь: ветчину, хлебцы, крутые яйца, шоколад… Думаю, если он поужинает сегодня поплотнее, то лучше будет спать… А если хорошо выспится, может, не откажется вступить со мной в разговор…

— Вы умеете общаться со слепоглухонемыми?

— Нет, но, к счастью, на свете есть другие люди, которые это умеют. Хотя бы те, кто некогда воспитывал моего клиента… Да! Еще одна просьба: попробуйте втолковать надзирателям, чтобы они перестали считать заключенного номер шестьсот двадцать два чудовищем. Пока в суде не будет доказано обратное, я буду твердо стоять на том, что он невиновен. До скорой встречи, господин директор…

Два часа спустя Виктор Дельо зашел в книжную лавку неподалеку от театра «Одеон».

— Дорогой мэтр, — воскликнул букинист, — какими судьбами?

— Представьте себе, дорогой мой Боше: обошел десяток магазинов и не нашел нужной книжки. И как это я сразу не подумал о добрейшем Боше? Вы случайно не помните роман под названием «Один в целом свете»?

— Как же, как же… Своеобразная вещь. Автор, кажется, слепоглухонемой от рождения? Да вы, наверное, слышали о нем — несколько месяцев назад о нем трубили все газеты в связи с убийством…